На север по железной дороге, мчится поезд «Mandalay – Myitkyina» (отчет, часть 11)
И вот день «Х» настал. Сегодня вечером начнется мое самостоятельное путешествие на север Мьянмы, в город Метину (Myitkyina). Насколько я знаю, именно там на севере добывается большая часть золота и драгоценных камней, которыми так славится Мьянма.
В моих планах: а) добраться до Метины, б) осмотреться, в) доехать до Месоу (место, где берет свое начало река Ирравади), г) от Месоу совершить марш-бросок в один из лагерей старателей и посмотреть «с чего начинается золото». Все ли удастся – не знаю, пока же все идет без обломов. До Метины еду на поезде, а он отправляется после обеда. Время есть.
На повестке дня: покупка запасной флешки для фотоаппарата и посещение студенческого городка. Там живет преподавательница русского языка, которая учила Ому Си «великому и могучему».
Тормозим проезжающую мимо тарантайку и едем искать фотомагазин. В кабине драндулета два чудика. Через 15 минут наших разъездов по Мандалаю эти два мужичка начинают ругаться друг с другом. Дальше перевод: «Ты куда рулишь дурак? Фотомагазин совсем не там!» «Молчи деревня, я тут живу три года и все знаю!» «Сам ты деревня, глухомань! Живешь в городе, а ничего не знаешь. Как был деревней, так и остался». «Это кто деревня, я деревня? Да ты сам деревенщина, понаехали тут всякие!»
И так еще 20 минут пока мы не находим фотомагазин.
Студенческий городок находится на окраине Мандалая.
Учительницу Омы Си мы находим в общежитии для преподов. Женщина выходит к нам и мы начинаем говорить о России и русском языке. Послушать «тарабарское» наречие выходят еще несколько преподавателей. И тут я впервые сталкиваюсь с проявлением режимности и ограничений. Из дверей общаги вываливается какая-то злая тетка и начинает, что-то говорить на повышенных тонах. Оказывается говорить с иностранцами на территории студгородка нельзя.
Дабы не подставлять преподавателей, мы сваливаем…
Вернувшись в отель идем в кафе по-соседству.
Заказываем: суп «мочни-кенчо» (с зеленью, кислый);
суп со свининой, курицей и арахисом; жаренную кукурузу – «пьям-буджо». Последнее блюдо просто супер!
После обеда Ома Си готовит для меня «дацзыбао» – записки на бирманском на все случаи жизни, которые должны мне помочь в моем дальнейшем нелегком пути.
В два часа отправляемся на вокзал (судя по билетам поезд в 15.30). Ни хрена подобного.
Выходим из такси, ко мне подскакивает служащий, проверяет документы и говорит, что поезд в Метину вот-вот отправится.
Затем мы, как угорелые рвем на платформу, я влетаю в вагон, и… поезд трогается. Хорошо все то, что во время отправляется.
Помимо меня в купе супружеская пора муж Котте, его жена Танна и военный летчик-офицер. Как я уже говорил отношение народа к армии в Мьянме сложные. Поэтому супружеская пара офицера поначалу полностью игнорирует.
А вот мы с Котте начинаем разговаривать. Обсуждаем мой маршрут, говорим о России, о русской и бирманской культурах. И только часа через три до меня доходит, что говорим-то мы без языка: он не знает русского, а я не знаю ни английского ни бирманского. Да, есть такая категория людей, которые все понимают с полуслова и полужеста. Котте оказался именно таким человеком.
Весь путь мы говорили и прекрасно понимали друг друга. Помогали себе жестами, лишь изредка прорисовывали какие-то уточнения на бумаге. Коте и Тана еще раз подтвердили мое мнение о бирманцах, как о бескорыстных и гостеприимных людях.
В течении всего пути они угощали меня…
…и поили чаем.
Вскоре к нашей компашке присоединился и Джон (так бирманский летчик попросил его называть). Он тоже оказался открытым и неплохим человеком.
Вскоре мы с Джоном проводили Коте и Танну, а утром нас встретила Метина!
Железнодорожный вокзал.
По приезду сразу двигаю в отель и начинаю готовить свой марш-бросок к Месоу.
Погода не балует (или наоборот) – моросит дождик. На улице «прохладно» – плюс 24 по Цельсию.
Таксиста, который должен довезьти меня до Месоу, я подыскал еще будучи в Мандалае через турагентство. Выезд в Месоу назначен на утро следующего дня. Пока осматриваюсь. Отель неплохой (описание в – «Отелях Мандалая»).
Из окна вид на главный рынок Метины.
Хороший номер.
Пора на улицу. Поначалу Метина кажется весьма обычным городком, но это только поначалу.
Вся жизнь здесь крутится вокруг рынка.
Рынок этот огромен.
На нем можно купить и продукты…
…необходимые людям вещи (типа генераторов) и…
…золотые изделия, которые кстати, тут же и изготавливают.
Метина сама по себе – город-рынок; город на пути из Индии в Китай.
Перевалочная база для торговцев золотом, нефритом, драгоценными камнями, шкурами экзотических животных и наверное опием.
Всю оптовую торговлю и торговлю золотом в Метине «держат» китайцы. Их здесь очень много.
Местные – качины, торгуют в основном продуктами питания.
Как я уже сказал, Метина – перевалочный пункт для всякого рода искателей легкой наживы. Сюда стекаются старатели, перекупщики и речные цыгане. Последние осуществляют связь артелей золотоискателей и внешним миром: перевозят продукты, бензин, технику и людей на прииски.
Изучив город возвращаюсь в отель. В холле меня ждет водитель такси. На пальцах он мне объясняет, что к золотоискателям не поедет: «До Месоу – пожалуйста, а к золотоискателям – нет!» «Ну на нет и суда нет!» Я достаю одну из своих записок и тычу в слово «золотоискатели». Таксист отрицательно машет головой: «Не поеду». «Ноу гольд, ноу мани», – говорю я, разворачиваюсь и ухожу. Вот ведь блин! Мой план начинает разваливаться.
Весь следующий день брожу по городу и пытаюсь найти проводника, но никто не подписывается: «до Месоу – пожалуйста, а дальше – нет. Золото есть золото, любопытных старатели не любят».
Вечером, так и не найдя машину, грустный, возвращаюсь в отель. И вижу моего таксиста сидящего в холле. Делаю серьезную мину, а водила подходит ко мне и говорит, что готов ехать. Ну что ж лед тронулся!
Ранним утром прыгаю в машину и мы срываемся с места. Часть пути лежит по дороге, которую проложили еще во время Второй мировой войны англичане.
Проезжаем деревню Алям.
В деревне живут качины…
…она полностью христианская.
На середине пути останавливаемся «отлить». После стоянки завести движок вновь не удается. Оказывается у тачки что-то с генератором и на аккумулятор не всегда идет зарядка. Короче аккумулятор – сдох. Все попытки завести тачку с толчка кончаются ничем. Особо не толкнешь: ухабы, камни, рытвины.
Два часа торчим на дороге. И тут из леса буквально вываливается огромный-преогромный, старый слон.
Впереди слона вышагивает «конкретная» такая бабуля, а на спине у слона сидит дед-погонщик.
Водила что-то объясняет слоновожатому, бросается к машине и садится за руль.
Слон вытянув хобот идет к тачке и толкает ее. Мотор заводится. Причем дед при этом не издал ни звука и не совершил ни единого телодвижения. Ощущение, что водила объяснял все слону.
Пытаюсь сфотографироваться со слоном и мы трогаемся дальше.
И вот наконец-то Месоу.
